Решила попробовать написать роман. Что-то молодёжное, не шибко сопливое, про мечты, цели, про первую любовь. Не знаю, что получится, но буду стараться =)

Рабочее название: А мы не ангелы!

Вступление

Тёмное прокуренное помещение, окутанное плотным дымом. Низкие деревянные столы, сдвинутые вместе или расставленные по залу без всякого порядка. Смешанные запахи духов, одеколона, сигарет, пота, выпивки и наркоты. Грохот рок-музыки с широкой и низкой сцены у дальней стены, где пятеро парней, носятся в бешеном угаре, разогревая и без того прогретую алкоголем публику. Напротив лестница входа, справа от неё узкий коридор к туалету, едва освещённый тусклыми жёлтыми лампами. Вдоль левой стены, массивная барная стойка, вытянутая почти во всю длину зала. Заведение с удивительно подходящим названием - "Клоака".

Я пристроилась в углу стойки, с комфортом заняв сразу два высоких стула - один по назначению, второй в качестве подставки для затянутых в чёрную кожу ног. Привалилась спиной к стене и уже около часа планомерно напивалась. Без особого успеха. И удовольствия тоже. Просто из принципа, глупо и по-детски. Да и хрен с ним.

Очередной скандал с предками закончился истеричным криком матери в спину "Все нервы вытрепала, тварь неблагодарная!" и хлопаньем двери. Почти традиция. Один и тот же сценарий, диалоги и неизменный актёрский состав: мама, отчим и я. А в центре этого хаоса цветущий корень преткновения - моя жизнь. По мнению мамы дурная, бестолковая и бесперспективная. Как и моя голова, которая "за 18 лет так ничему и не научилась, кроме как хамить родной матери и отравлять ей жизнь".

Я вытащила из пачки сигарету, щёлкнула зажигалкой, затянулась и запрокинув голову выпустила изо рта три сизых колечка. От входа потянуло сквозняком и они изогнулись, медленно растворяясь в зависшем под потолком дымном тумане. Ещё затяжка, ленивый взгляд, скользящий по залу из-под опущенных ресниц, несколько глотков тёмного креплёного пива "ДекБер" через честно выпрошенную у удивлённого бармена трубочку - похоже таких извращенок он ещё не встречал. Ленивое отупение. Добровольное моральное разложение по проверенному рецепту. До удовольствия отвратительно.

Музыка смолкла и общий гул беспрепятственно разлетелся по залу. Парни со сцены спустились вниз, уступая место следующей команде. Любительские и начинающие рок-группы выступали в Клоаке каждую субботу. Бесплатно разумеется. В будни выстраивались к Тедди в очередь, а он выбирал, отсеивая уверенных в собственном таланте бездарей. В молодости он тоже играл. На басу. Даже выпустил альбом со своими ребятами. Правда на этом его музыкальная карьера и закончилось. Активно строющийся в стране коммунизм и рок оказались трудно совместимы, но зато спустя годы появилась Клоака, любимое детище Тедда и приют для неформальной молодёжи. Впрочем, не только для неё.

Трое парней разбрелись по сцене, подключая и настраивая аппаратуру. Ударник забрался за установку, прошёлся по ней быстрой дробью приноравливаясь к новому инструменту. Басист скинул короткую кожаную куртку и достав из кармана ярко-красную резинку, собрал светлую чёлку в короткую пальму на макушке. Она топорщилась смешно и нелепо. Впрочем ему шло. Симпатичный парень, таким что угодно подходит.

Второй, с длинными чёрными волосами, небрежно собранными на затылке в высокий конский хвост и длинной серебристой серьгой в левом ухе - интересно, каждый день её носит или по случаю принарядился - перекинул через голову лямку гитары, отрегулировал высоту стойки и включил микрофон. На секунду пронзительный визг разлетелся по залу, но тут же стих. Я с интересом разглядывала гитариста-вокалиста. Почему-то он показался мне похожим на эльфа. Высокий и гибкий, с шикарной стройной фигурой. И серёжка эта... экзотично, чёрт возьми! Парень поднял взгляд, оглядел относительно притихшую толпу и представил команду.

- Привет, сегодня мы выступаем впервые. Наша группа называется Гуд Сайз. Можете готовить тухлые помидоры, но помните, что скоро мы вернёмся в зал. Мы исполним три песни. Первая называется вполне литературно - "Твари!".

Ярко горевший над сценой свет померк, погружая её в общий полумрак. Обычная для Клоаки практика - Тедди любил показывать выступающим реакцию публики, так сказать, наглядно, чтобы не млели в лучах прожекторов от собственной, зачастую сомнительной, одарённости.

Парни на сцене обменялись кивками и Эльф начал неожиданно, почти срываясь на крик:

И снова день впустую, блядь!..

Сильный, немного хриплый голос, разнёс над залом первую строку, а за ней хлынула музыка. Гитара заголосила протяжным рифом и скатилась до густых, низких нот под жёсткий ритм ударных.

Каша в голове. Мне некуда сбежать.
Я сам себе здесь злейший враг,
Какого хрена ты молчишь?
Скажи! Что, мать твою, со мной НЕ-Е ТА-АК?!

Бухая толпа одобрительно заревела подхватывая последние слова. Оценили. Я тоже.
Парни играли здорово. По-настоящему здорово. Очень слаженно, чувствуя музыку, чувствуя друг друга. Команда с единым духом, спаянная вместе длительными тренировками. Это заметно. Ни одной фальшивой ноты. Гармоничная идиллия от которой хочется бить посуду. Я завидовала. Моя честолюбивая натура не выносит чужого успеха на проигранном мой поле.

Мне приходится быть такой, какой хотят видеть другие. А хотят все и по-разному. Вынуждая скармливать поддельные эмоции маленькими, красиво нарезанными кусочками. И это откровенно бесит. Вносит дисбаланс в мою тонкую душевную организацию. Приходится быть вежливой с учителями. Понимающей с друзьями. И даже семья... Заставляет быть наглой вдвойне, в стремлении отвоевать свою глупую мечту и отбиться от несбывшихся маминых надежд, которые она, с завидным упорством, пытается на меня навесить. Боюсь, что однажды мне перекроют последний кислород и я задохнусь. Насовсем...

Моё и без того паршивое настроение закатилось куда-то под плинтус... Я вздохнула и нежно провела пальцем по черному ребру кейса Махи. Маха красивая, изящная. Черная с золотыми колками и белой лилией на тонком грифе. С глубоким чистым звучанием. Я влюбилась в неё с первого взгляда и больше года откладывала карманные деньги, а потом подрабатывала летом, втайне от родителей, забив на курсы перед поступлением в экономический техникум. Электрогитара Yamaha SG-2000 Black - обошлась мне почти в сто двадцать тысяч рублей, скандал на пол ночи, две недели домашнего ареста и заваленные экзамены. Мать была в бешенстве, а мне пришлось ещё на два года вернуться в школу и доучиваться до одиннадцатого класса.

Я заглянула за барную стойку. Рядом с барменом нарисовался Тедди, что-то втолковывая новому работнику, нелепо трезвому среди общего пьяного разгула. Слезать с насиженного места и топать за новой порцией пива было лень, так что я тупо уставилась на них, поджидая когда меня заметят. Мы встретились с Тедди взглядом, его полные губы на круглом лице изогнулись в дружелюбную улыбку. Я вальяжно подмигнула и многозначительно скосив не слишком трезвый взгляд на пустую бутылку улыбнулась в ответ.

- Всё маешься, - флегматично констатировал Тед, протягивая ДекБер.
- Есть немного.
- Смотри-ка, хорошо пацаны отжигают, а?!
- Хорошо...
Мы помолчали. Послушали "отжигающих пацанов".
- Может к ним попросишься? Гитара-то одна, а, Кир? А я познакомлю.
- Я подумаю.
- Лады. И ты давай, это, не хандри. Подумай, хорошенько, да приходи. Риск оно знаешь... Дело благородное!

Мы посидели ещё немного, и я пошла домой. Мой маленький бунт с треском провалился закончившись чёрной хандрой. Я брела по ночной улице, а в голове навязчиво вертелась песня Эльфа. Так тошнотворно похожая на мою жизнь.

Дом замаячил впереди оплетённый ветвистыми тенями. Дорога и мысли на автопилоте. Четыре лестничных пролёта обшарпанной хрущёвки. Тихий и злой голос матери "Опять пол ночи шлялась, дрянь такая!". Дырявая футболка вместо ночнушки и старая скрипучая кровать застеленная белым ситцем в голубой цветочек. Пьяные слёзы в подушку и отчаянное желание вырваться из своего убогого мирка. Как обычно. А за ними длинные дни однообразным хороводом. Подготовительные курсы в престижный экономический институт и крики соседей "Заткни уже свою чёртову балалайку! Нашла место!".

Я чувствовала, как прогибаюсь. Гнию изнутри, не в состоянии решиться на что-то. В этом нет ничьей вины кроме моей, но от того ещё более тошно. А впереди пять лет гранитной науки и диплом о окончании, картонным памятником захороненной но "правильной" юности. Престижная должность офисного червя окопавшегося под тоннами печатной промышленности. Четыре белые стены, закупоренные окна, кондиционированный воздух и вода из кулера в одноразовом пластиковом стаканчике. Встречи с бывшими одноклассниками, фальшивые улыбки и слова в которые даже самой трудно поверить "Ой, ребята, у меня всё отлично! Начальник правда козёл, но зато платит хорошо, да и не задерживают. Не то что на городском заводе!"

Я словно мчусь на скоростном бронепоезде, по выложенным кем-то рельсам. Там, на конечно остановке уже проторены дороги, расставлены указатели, нужно только следовать карте. Не нравится? Не хочешь? Тогда прыгай! Закрой глаза, чтобы не было так страшно и прыгай! Только шею не сверни. И дальше... Неизведанная территория, в которой может быть удастся отыскать свою мечту. Или бесславно сдохнуть под чьим-то благоустроенным забором. Что более вероятно.

Я не считала себя дурой, но будь я хоть немного глупее, наверное было бы легче слепо следовать своим желаниям, верить в успех, без оглядки на суровую реальность. Вот такое вот "горе от ума", товарищ Грибоедов.